Что такое доводы в суде

ТОП-15 абсурдных аргументов в суде

Что такое доводы в суде

Предписанный законом строгий формализм судебного процесса не мешает сторонам в обоснование своей позиции приводить любые доводы и аргументы. Даже самые нелогичные, надуманные и нелепые. Между тем суд обязан дать свою оценку всему этому словесному «беспределу». Предлагаем вашему вниманию соответствующую подборку. Как говорится, не будем повторять чужих ошибок.

15. Превысил скорость на крутом вираже (определение Пермского краевого суда от 28.11.2011 по делу № 33-12058)

Предыстория такая: Ю. на принадлежащем ему автомобиле двигался по главной дороге, поздно заметил свисающий над проезжей частью электрический провод и попытался притормозить. Однако избежать касания не удалось. В результате автомобиль получил механические повреждения (нарушено лакокрасочное покрытие в нескольких местах и др.).

Местная администрация и организация, отвечающая за эксплуатацию распределительной сети, хором указали, что Ю. превысил скорость движения. Но суд, вооружившись схемой ДТП, назвал это мнение абсурдным. Мол, в месте ДТП дорога поворачивает на 90 градусов (!). Заранее заметить провод толщиной 2 миллиметра, да еще в солнечную погоду, в такой ситуации невозможно.

14. Слишком много должностных обязанностей (определение Пермского краевого суда от 27.06.2011 по делу № 33-6277)

Инвентаризация выявила на предприятии недостачу металла. Логично, что под «удар» попал начальник производственно-заготовительного участка.

В оправдание он заявил, что предприятие не предоставило ему условий, необходимых для нормальной работы и обеспечения сохранности вверенного имущества.

И сослался на свою должностную инструкцию, состоящую аж из 40 (!) пунктов. Мол, за всем не усмотришь.

Судьи обоснованно пояснили, что должностные обязанности из 40 пунктов не препятствуют тому, чтобы надлежащим образом обеспечить в рамках этих же обязанностей и полномочий сохранность вверенного имущества.

И еще один забавный момент по поводу самой недостачи. Судьи рассуждали так: металл – имущество габаритное. В силу этого его количество можно визуально контролировать.

У начальника участка есть возможность сличать документально принятый весовщиком металлолом (в т.ч. в выходные дни) с реальным его количеством.

С учетом веса недостающего металлолома и периода, за который образовалась недостача, его пропажа примерно по одной тонне в сутки (!) не могла не остаться незамеченной.

13. Передал похоронные принадлежности, значит, торгуешь (постановление ФАС Московского округа от 06.02.2012 по делу № А41-35930/09)

Довольно часто налоговые инспекторы попросту не хотят глубоко вникать в суть вопросов, от которых они изначально далеки. А уж если речь идет о похоронном деле, тем более.

Так, налоговая инспекция поспешно посчитала, что имеет место продажа ритуальных принадлежностей. А она подпадает под понятие договора розничной купли-продажи, так как в перечень ритуальных услуг не входит. Как результат – доначисление налогов. Кроме того, инспекторы указали, что перевозка тела умершего на кладбище – это самостоятельная деятельность по оказанию транспортных услуг.

Арбитры отмели смелые доводы инспекторов и указали следующее. Реализация ритуальных принадлежностей – это бытовые услуги.

При этом налогоплательщик не продавал готовые изделия, а лишь предоставлял необходимые принадлежности в соответствии с традициями и обычаями погребения умерших (по нужным размерам и исходя из индивидуальных потребностей заказчиков).

Поэтому передача похоронных принадлежностей в рамках договора оказания ритуальных услуг необоснованно квалифицирована инспекцией как торговая деятельность (розничная торговля).

По поводу похоронного транспорта арбитры тоже высказались в том ключе, что инспекция неправильно квалифицировала деятельность налогоплательщика. Услуга оказана именно заказчику похорон. Это доказывают реквизиты свидетельства о смерти во всех квитанциях, где вдобавок указана модель автотранспортного средства, предоставленного заказчику, и маршрут траурного кортежа.

12. А была ли «$ука»? (постановление ФАС Уральского округа от 04.04.2011 № Ф09-484/11-С1 по делу № А76-5366/2010-45-181)

В рекламе, как и в бою, все средства хороши. Компании, которые так считают, часто на этом прогорают. Практика показывает, что антимонопольщики очень настороженно относятся к двусмысленной рекламе. Вот наглядный пример, который получил широкую огласку.

Зоомагазин разместил на городских троллейбусах свою рекламу со следующим слоганом: «Все $уки, как $уки, а я ЦАРИЦА!» (сохранено графическое написание оригинала. – Прим. ред.).

Одновременно в рекламе красуется собака в очках и с короной на голове. Областное управление ФАС России сразу же признало рекламу ненадлежащей.

В ответ зоомагазин подготовил обстоятельную лингвистическую платформу в духе своей основной деятельности – экзотично и во многом «притянуто за уши». Вот эти доводы.

Сначала «о птичках». Магазин является специализированным, поэтому реклама адресована людям, содержащим домашних животных, и направлена для привлечения покупателей зоотоваров и корма для животных.

По мнению зоомагазина, вывод проверяющих о том, что реклама обращена к неопределенному кругу лиц и слово «$уки» может восприниматься как бранное слово, а не как профессиональный термин, необоснован.

На баннере изображена собака в очках и с короной на голове, указано наименование рекламируемого объекта ? зоомагазин и логотип бренда учредителя. Тем самым из рекламы явно следует, что она относится к узкой группе потребителей ? владельцам домашних животных.

Бранного и оскорбительного характера реклама не носит. Кроме того, слово «суки» в нем не (!) использовано.

Далее магазин сослался на результат лингвистической экспертизы, проведенной автономной некоммерческой организацией при Торгово-промышленной палате РФ.

Ее основной посыл такой: даже если предположить, что было бы написано слово «сука», то в контексте рекламного баннера его применение является профессиональным термином, определяющим пол животного (собаки).

А использование профессиональной лексики в рекламных текстах действующим российским законодательством не запрещено.

Зоомагазин решил закрепить свою аргументацию ссылкой на «великий и могучий». Указал, что значение слова «сука» в словаре Ушакова ? «самка домашней собаки, а также вообще из рода собак». Поэтому слово не является бранным либо непристойным и оскорбительным.

Напоследок зоомагазин разобрал спорный слоган по буквам. По его версии, в баннере слово «сука» использовано не было, так как первая буква в слове была заменена на знак доллара ? $. В связи с этим слово преобразовалось в «$ука» (доллар ука), которое не читается и не может нести смысловой нагрузки как слово «сука» (!), а читается ? «долларовая ука» (!).

И на этом пора бы ставить точку, но… дальше пошла чистая зоология.

Оказывается, уки ? то же, что жерлянки; род бесхвостых земноводных; длина 6-7 см; известно пять видов, распространенных в Европе, Азии (на Дальнем Востоке и в Китае).

При опасности принимают яркую предупреждающую окраску нижней части тела и выделяют едкий секрет. Уки ? экзотические животные. А в ассортименте магазина таковые как раз и представлены.

Суд ожидаемо признал, что спорная реклама все же содержит слова, «которые могут восприниматься русскоязычным населением как бранные и как слова, содержащие смысловые ассоциации непристойного характера». «Является доказанным вывод о воспринимаемости слова «$уки» населением г. Ч.

в качестве бранного, поскольку это слово несет в русском языке двусмысленную информационную нагрузку, так как имеет два лексических значения, а именно: как определяющее пол собаки и как бранное слово. Кроме того, неоднозначность восприятия спорной рекламы происходит из того, что в данной рекламе слово «$уки» соотносится с «царицей».

При этом слово «царица» непосредственно применимо к существу женского пола и может быть применимо к животному только посредством ассоциативного восприятия относительно человека».

Так что будьте осторожны с эпатажной лексикой в рекламе своих продуктов.

11. В детстве мама уронила (кассационное определение Верховного Суда РФ от 16.01.2012 № 36-О11-18)

В данном деле М. судили за целый ряд тяжких преступлений. Но не в этом суть. В свое оправдание он заявил, что в детстве получил тяжелую черепно-мозговую травму. И ее последствия могли повлиять на его поведение при совершении преступлений. Даже справку предоставил.

Судьи признали довод надуманным. А психолого-психиатрическая экспертиза показала, что М. каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием, временным расстройством психической деятельности либо иным болезненным состоянием психики не страдает. В момент совершения правонарушения состояния аффекта тоже не было.

10. Коррупцией попахивает

Сегодня один из любимейших и очень распространенных доводов в суде заключается в том, что якобы то и (или) иное положение нормативного правового акта является коррупционным (другой вариант термина – коррупциогенным).

Возможность обвинять в коррупции появилась относительно недавно в связи с принятием трех базовых документов:

  • Федерального закона от 17.07.2009 № 172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов»;

Источник: http://www.delo-press.ru/articles.php?n=10364

Обязательная проверка всех доводов апелляцией

Что такое доводы в суде

В Конституционный Суд поступила жалоба на неконституционность положений ст. 389.9 и 389.

19 УПК РФ в той части, в какой они, с точки зрения заявителя, позволяют суду апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционных жалоб, помимо доводов, приведенных сторонами в жалобах или представлениях в обоснование их позиций, произвольно не учитывать новые аргументы, заявленные в суде апелляционной инстанции.

В соответствии с положениями ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Поводом для обращения в КС РФ послужили следующие обстоятельства. Приговором городского суда был осужден гражданин. Не согласившись с приговором, адвокат обжаловал его в апелляционном порядке.

В ходе выступления в заседании суда апелляционной инстанции на стадии прений сторон адвокат сослался на новый довод, который не был указан в апелляционных жалобах, а именно на нарушение закона, выразившееся в игнорировании следователем ходатайства о вызове эксперта.

Однако в апелляционном определении судебная коллегия не дала оценки доводам адвоката относительно неразрешения ходатайства о допросе эксперта.

По мнению заявителя, оспариваемые им нормы должны содержать положения, возлагающие на суд апелляционной инстанции обязанность проверять законность, обоснованность и справедливость приговора, иного решения суда первой инстанции не только по доводам, приведенным сторонами в апелляционных жалобах или представлениях, но и по новым доводам, заявленным на стадии прений сторон в суде апелляционной инстанции. Отсутствие такой обязанности позволяет суду уклоняться от проверки всех доводов, приведенных сторонами в обоснование своей позиции.

Ранее адвокат АП Амурской области Дмитрий Шерстнёв, представлявший интересы заявителя в суде, поднимал этот же вопрос в своем блоге на сайте «АГ». «Наличие в УПК РФ, в частности в его ст. 389.9 и 389.

19, указанных положений позволило бы сторонам по уголовному делу реализовать гарантированное ч. 2 ст.

45 Конституции РФ право защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом», – писал адвокат.

Конституционный Суд отказал заявителю в принятии жалобы к рассмотрению, не найдя нарушения его конституционных прав.

КС РФ указал, что конституционно-правовой смысл предписаний УПК РФ мотивировать решение суда вышестоящей инстанции вытекает из взаимосвязанных конституционных принципов состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве.

При этом такие решения могут быть вынесены только после рассмотрения и опровержения доводов, выдвигаемых стороной защиты, а неопровергнутые доводы против обвинительных судебных решений могут толковаться только в пользу обвиняемого.

«Отказ от рассмотрения и оценки обоснованности доводов защиты в этих случаях создал бы преимущества для стороны обвинения, искажал бы содержание ее обязанности по доказыванию обвинения и опровержению сомнений в виновности лица, позволял бы игнорировать подтверждающие эти сомнения данные», – пояснил КС РФ.

Говоря о ст. 389.

19 УПК РФ, Конституционный Суд разъяснил, что нормы, закрепляющие возможность заинтересованных лиц пересоставить апелляционную жалобу, а также ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции об исследовании доказательств – как уже изучавшихся судом первой инстанции, так и новых, – направлены на защиту прав участников судебного разбирательства. И в нормативном единстве с другими положениями уголовно-процессуального закона они не освобождают суд от обязательного рассмотрения заявленного в том числе в ходе судебного заседания ходатайства осужденного об исследовании доказательств.

Оспариваемые нормы уголовно-процессуального законодательства, отметил КС РФ, не предполагают произвольного применения, равно как и необоснованного отказа суда в удовлетворении ходатайств.

Комментируя опубликованное определение КС РФ, Дмитрий Шерстнёв отметил, что поводом для обращения в КС РФ с жалобой послужили распространенные в судебной практике случаи, когда суд апелляционной инстанции при проверке законности, обоснованности и справедливости приговора или иного решения суда первой инстанции игнорирует и не дает оценки новым доводам сторон, которые они указали на стадии прений в апелляционной инстанции.

Несмотря на отказ принять жалобу к рассмотрению, адвокат позитивно отнесся определения: «КС РФ подтвердил ранее изложенную правовую позицию о необходимости рассмотрения и опровержения доводов, выдвигаемых стороной защиты в заседании суда апелляционной инстанции. Отказ от рассмотрения и оценки обоснованности доводов защиты в этих случаях создал бы преимущества для стороны обвинения».

Адвокат, член Совета АП Белгородской области Борис Золотухин не увидел существенного значения рассматриваемого определения КС РФ для практики. «Четырехлетняя практика применения  гл. 45.1.

УПК РФ сформировалась, Пленум ВС РФ разъяснил возникавшие вопросы, а в указанном определении КС РФ лишь подтвердил конституционность положений норм УПК РФ, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции».

Вместе с тем Борис Золотухин добавил: из текста определения непонятно, что именно подразумевал заявитель под новыми аргументами.

«Не указанные в апелляционной жалобе, но высказанные устно в судебном заседании апелляционной инстанции? Но ведь КС РФ подчеркнул, что положения ст. 389.9.

УПК РФ не связывают суд доводами жалобы, а обязывают проверить все дело в порядке ревизии, а это означает, что обоснованному доводу, высказанному устно, должна быть дана оценка», – прокомментировал он.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/obyazatelnaya-proverka-vsekh-dovodov-apellyatsiey/

«Доводы, изложенные судом, свидетельствуют как минимум о полном незнании судом материалов уголовного дела» // Прессцентр Михаила Ходорковского и Платона Лебедева

Что такое доводы в суде

08.06.2010 г.

В Хамовнический районный суд г.Москвы
от защиты Ходорковского М.Б. и Лебедева П.Л.

ХОДАТАЙСТВО О ДОПУСКЕ СПЕЦИАЛИСТА
(повторно)

7 июня 2010 года Хамовническим судом по заявлению стороны обвинения отведен от участия в деле специалист в области экономики и финансов, гражданин США Кевин Дэйджес.

Такое решение защита считает незаконным и необоснованным по следующим основаниям.

Суд в своем постановлении отметил, что К.Дэйджес:

– не владеет знаниями российского корпоративного права и поверхностно знает систему российского бухгалтерского учета;

– с хозяйственной и финансово-бухгалтерской деятельностью ОАО “НК”ЮКОС” не знаком, ранее услуги профессионального характера данному обществу или иным коммерческим организациям на территории РФ не оказывал;

– ни органами предварительного следствия, ни судом к участию в деле не привлекался, в установленном законом порядке с направленными в суд материалами настоящего уголовного дела не знакомился.

Суд также в данном постановлении утверждает, что финансово-хозяйственная деятельность компании регламентировалась нормами исключительно российского законодательства, она не являлась международной, а также что в обвинениях Ходорковского М.Б. и Лебедева П.Л. “нет ссылок на нарушение норм законодательства иностранного государства”.

Прежде всего следует отметить, что доводы, изложенные судом в мотивировочной части постановления свидетельствуют как минимум о полном незнании судом материалов уголовного дела, а как максимум – об очевидном стремлении сделать все возможное, чтобы не допустить представления защитой доказательств, опровергающих абсурдные обвинения, выдвинутые против наших подзащитных. В данном случае наличие в уголовном деле 18 экспертных заключений, выполненных по заказу следствия, и ни одного допущенного судом заключения специалиста со стороны защиты говорит само за себя.

В любом случае мы полагаем, что вынесение решения об отводе специалиста до выяснения у него, на какие именно вопросы он дал ответы в ходе своего исследования, незаконно, поскольку без установления данного условия невозможно решить вопрос о его компетентности.

Парадоксальным является и тот факт, что суд не задал ни единого вопроса специалисту по поводу его компетенции, и при этом не допустил его до участия в деле!

Кроме того, суд почему-то даже не соизволил выяснить у специалиста, а нужно ли ему вообще для проведения исследования и формулирования выводов на поставленные вопросы знание российского корпоративного права и российского бухгалтерского учета, а также особенностей деятельности ОАО “НК”ЮКОС”.

Упрек же в том, что отведенное лицо ранее не оказывало услуги профессионального характера данному обществу, вызывает вообще изумление, поскольку ранее при аналогичных обстоятельствах Мещанский суд Москвы опорочил заключение специалиста именно по таким основаниям, признав его заинтересованным лицом, и это отражено в материалах настоящего дела (см. стр.622 приговора в томе 45).

Утверждение же о том, что господин Дэйджес “ни органами предварительного следствия, ни судом к участию в деле не привлекался, в установленном законом порядке с направленными в суд материалами настоящего уголовного дела не знакомился” позволяет усомниться (если использовать терминологию оспариваемого постановления), что суд помимо материалов уголовного дела не владеет также еще и знаниями в области уголовно-процессуального законодательства, поскольку, во-первых, здесь четко, ясно и недвусмысленно написано что не только следствие и суд могут привлекать специалиста, но и защитник (п.3 ч.1 ст.53 УПК и п.4 ч.3 ст.6 закона “Об адвокатской деятельности и адвокатуре”). Во-вторых, суду полагалось бы знать, что никакого “порядка” для ознакомления специалиста с материалами уголовного дела в законе вообще не установлено. При этом он (суд) сам своими действиями лишил приглашенного защитой специалиста возможности убедиться в том, что имеющиеся в деле документы полностью соответствуют тем копиям, которые были представлены ему защитой.

Нельзя не отметить также, что ложным является утверждение суда, что в обвинениях Ходорковского и Лебедева нет ссылок на нарушение норм законодательства иностранных государств.

Поэтому более чем через год после начала судебного разбирательства мы вынуждены развеять вышеобозначенное заблуждение суда и сообщить ему, что в обвинительном заключении написано, например, следующее:

Деятельность компании «ЮКОС» под руководством Ходорковского и Лебедева… противоречила базисным положениям международного и национального российского бизнес-права.

Указанные лица, согласно как международного, так и законодательства США и РФ, руководя бизнесом компании «ЮКОС» под видом осуществления трансфертных сделок, не имели права выводить прибыль (Т.188, стр.3291)

И чтобы у суда не оставалось никаких сомнений в том, что приведенная цитата является не единственным подтверждением сказанному защитой, приведем еще один фрагмент обвинения, которым следствие якобы изобличает Ходорковского и Лебедева:

Особенностью листинга акций на американском фондовом рынке является то обстоятельство, что в соответствии с требованиями US SEC в случае нераскрытия или неверного раскрытия, особенно умышленного, существенной информации в форме F-1, руководство компании, допустившей такое нарушение, подлежало привлечению к уголовной ответственности по закона США, а сама компания – ответственности гражданской. Это связано с особенностями американского законодательства, направленного в первую очередь на защиту собственности, то есть на защиту прав инвесторов и акционеров (там же, с.3388).

Несуразность отвода от участия в деле специалиста в области экономики и финансов, практикующего в Соединенных Штатах Америки, можно проиллюстрировать еще и тем, что согласно результатам компьютерного поиска слово “Америка” встречается в обвинительном заключении ровно 100 (сто!) раз.

А далее мы доведем до участников процесса те вопросы, по которым приглашенный нами специалист проводил исследование, а также коротко – сделанные им выводы. Это делается для того, чтобы всем стала очевидной несостоятельность доводов суда, изложенных в постановлении об отводе, и суд имел возможность исправить допущенную им очевидную ошибку.

Итак, перед специалистами ставился вопрос:

Подтверждаются ли выводы, изложенные в фабуле обвинения, приведенными там же данными об объемах реализованной нефти и полученной выручки указанными в нем компаниями, в том числе «Фаргойл», «Ратибор», «Ю-Мордовия» и «Эвойл»?

резюме специалистов таково:

Проанализировав ППО и содержащиеся в нем данные, мы выделили 13 самостоятельных расхождений или нестыковок, в том числе математические ошибки в расчетах объема якобы украденной «организованной группой» нефти и средства, вырученные «организованной группой» от продажи нефти. Наличие таких расхождений отражает значительные ошибки в расчетах в ходе анализа, положенного в основу ППО, которые не могут быть разрешены или согласованы с помощью информации, предоставленной в ППО.

Здесь трудно удержаться, чтобы не задать в данной ситуации риторический вопрос – как по мнению суда незнание российского корпоративного права или неоказание профессиональных услуг российским компаниям могло помешать специалисту Дейджесу ответить на поставленный вопрос?!

Еще два вопроса, на которые отвечал защите господин Дейджес:

1) Какова была экономическая целесообразность сделок по купле-продаже векселей, которые следствие квалифицирует как «отмывание»? и 2)Каким образом были использованы средства, выплачивающиеся в качестве дивидендов компаниями, входившими в периметр консолидации ОАО «НК ЮКОС»?

Приводим для сведения суда некоторые утверждения специалиста, разрушающие до основания обвинения, выдвинутые против Ходорковского и Лебедева:

• В предъявленных обвинениях СКП делается вывод о том, что якобы отмытые средства были использованы для покупки и продажи векселей, для предоставления внутрикорпоративных займов и для выплаты дивидендов.

При этом в предъявленных обвинениях СКП утверждается, что вышеупомянутые средства были похищены и легализованы членами «организованной группы», однако сведения в материалах дела СКП в действительности указывают на то, что эти средства оставались в консолидированной корпоративной структуре ОАО «НК «ЮКОС», где были доступны для дальнейшего осуществления хозяйственной деятельности компаний в составе группы компаний ОАО «НК «ЮКОС».

• Мы рассмотрели и проанализировали доказательства, имеющиеся в Предъявленных обвинениях СКП и материалах дела СКП, и пришли к выводу, что содержащаяся в них информация не подтверждает утверждения СКП о том, что средства, в отношении которых выдвигаются обвинения в отмывании денег, выходили из состава консолидированной структуры ОАО «НК «ЮКОС», и, таким образом, отмывались «организованной группой». Если в материалах дела СКП и имеется какое-либо доказательство, касающееся использования соответствующих денежных средств, то информация, содержащаяся в предъявленных обвинениях и в материалах дела СКП, свидетельствует о том, что средства, которые якобы отмывались, на самом деле использовались для финансирования хозяйственной деятельности ОАО «НК «ЮКОС». Более конкретно, утверждения об отмывании денег в связи с выплатой дивидендов в размере 139,8 миллиардов российских рублей, были либо выплачены структурам, подконтрольным консолидированной компании ОАО «НК «ЮКОС», либо уплачены в виде налогов в российский бюджет. Кроме того, 95,78% якобы легализованных средств были впоследствии перечислены в Россию в виде внутрикорпоративных займов российским структурам, подконтрольных ОАО «НК «ЮКОС», в частности нефтедобывающим дочерним компаниям: ЮНГ, СНГ и ТН.

Для того, чтобы суд мог убедиться, что выводы специалистов именно таковы, и они абсолютно противоречат тем умозаключениям, которые изложены следствием в фабуле обвинения, прилагаем к настоящему ходатайству два надлежаще оформленных заключения с соответствующими подписями и печатями.

Кроме того, защитой планировалось выяснение у специалиста Дэйджеса структуры так заинтересовавших прокурора Лахтина имеющихся у фирмы “Бриттани Ассетс” активов в размере свыше 7 миллиардов долларов, которые он нашел в 147 томе уголовного дела.

Теперь он, видимо никогда не узнает, почему не только по мнению П.Лебедева, но по заключению высококвалифицированного американского присяжного бухгалтера на дату 30 июня 2004 года это были средства, главным образом переведенные в структуры ЮКОСа.

Как нам представляется, изложенные выше факты и доводы подтверждают необходимость пересмотра судом ранее принятого решения об отводе специалиста Кевина Дейджеса с тем, чтобы он имел возможность в установленном законом порядке довести до участников судебного разбирательства выводы, сделанные им по результатам проведенного исследования, содержащие доказательственную информацию, опровергающую обвинения Ходорковского М.Б. и Лебедева П.Л.

На этом основании, исходя из положений ст.ст.15,53,58,74,120,251, 271 УПК РФ, –

ПРОСИМ:

Допустить для участия в деле в качестве специалиста в области экономики и финансов Кевина Дейджеса, и допросить его по поводу проведенного им по запросу защиты исследования.

Приложение: заключения от 9 января 2009г и от 21 мая 2010 года, всего на 238 листах.

Защитники:

8 июня 2010 года

Источник: https://old.khodorkovsky.ru/defense/documents/13380.html

ГосЗащита
Добавить комментарий